20 март/ 2019

Верлибры 4 Избранное

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

SHtorm

Улыбки у предметов

Нам не достаёт

людских улыбок.

Однако есть улыбки

у предметов.

Вот, например.

 

Улыбка раковины морской

в песке под набегающей,

прозрачной, как слеза,

волной.

Улыбка ржавой,

но ещё готовой послужить

подковы,

случайно найденной в траве

заброшенной лесной дороги.

 

Улыбка крепкого капкана,

ждущего,

с терпением завидным,

свою жертву,

на тропке к водопою.

Улыбка красная

свежеразрезанного арбуза.

 

Улыбка кошелька,

дразнящего приятным веером

тугих банкнот.

Улыбка полукруглого слюнявчика

под нежной шейкой

милого младенца,

кушающего кашку.

 

Улыбка гильотины,

выполнившей свой долг.

Улыбка пушечного дула.

Улыбка пропасти.

Улыбка неба.

И надо всем –

спокойная улыбка

Великого Создателя

Всего.

 

Одуванчик

Весна –

это когда среди крапивы мыслей

прорастает,

каким-то чудом,

нежный одуванчик чувств.

 

***

Какая симпатичная

пухлая тучка!

Так и просится

быть наколотой на вилку!

 

***

Лесное озеро

через потрясающе красивые

отражения в нём

погрузилось в само себя.

 

***

Заходящее солнце

чистило свои жёлтые зубы

щёточкой вершин

дальнего леса.

 

***

Желток заката

лёг на ложку

длинной тёмной тучи.

И всё же соскользнул

за горизонт.

 

***

Струны

лесных отражений

в рояле озера.

 

***

Без сопротивленья отдавайся красоте,

прущей прямо на тебя,

поверх деревьев,

в виде пышного облака,

подсвеченного снизу

пронзительным закатом.

Тогда ты успокоишься.

Когда от сумерек

почернеет внизу земля.

 

***

Когда красота природы

сливается

с воображаемой красотой

души,

начинается

душещипательный романс

о «хризантемах в саду».

 

***

Если твою душу

прищемило грустью

от зрелища

окружающей красоты,

и в ней зазвучала

небесная музыка,

можешь даже поплакать под неё.

Только не сбивайся с такта

и не фальшивь.

Не то получишь в ухо

от Творца.

 

Память

Память – длинная дорога

с вереницей шпал

из прошедших дней...

И зал ожидания

на пересадочной станции.

Ожидания чего?

Приближающегося лязга колёс?

Кашля потерянного друга?

Карканья вороны

на фонарном столбе?

Или дробного шума на крыше

от крупного дождя?

 

Память – тихий коридор

с осыпающейся штукатуркой

со стен

и странным шорохом в темноте,

            в которой никого нет.

 

В памяти нет времён года.

Снег на ветках цветущей яблони

красные маки в белом сугробе

утки, бьющиеся грудью

об зеркальный лёд пруда

облетающие листья цветущей сирени

плывущие в синеве облака –

возможно тёплые,

а может холодные...

жар-озноб - улыбка-сон…

 

Память не любит,

когда на неё жмут,

и не отзывается на стук.

 

Помните, но не помни́те

крýжева застывших волн

после откипевших чувств.

 

Память – бесконечный коридор

без стен...

 

Красота неразделённая

Мир прекрасен тем,

что он существует.

Растёт молодая трава,

волнуется воздух

порывами ветра,

воду рябит в реке,

дождь обрызгивает камни, деревья.

Летит большая птица,

старательно работая крыльями.

Белая колокольня

плывёт среди вечерних облаков.

Лодка заснула

на тёмной воде,

уткнувшись носом в берег

под склонившейся старой ветлой.

Мир прекрасен

уютным огнём костра.

И есть душа

или тот постоянный

внутренний трепет,

который назвали душой –

трепет поиска

красоты,

трепет поиска

отзывчивой души,

неудержимый порыв

к загадке,

тайне…

Но бывает так, что твоя душа

столь одинока в своих чувствах,

как необитаемый остров,

среди океана людей,

что ты даже не смеешь самому себе признаться,

что мир прекрасен,

ты боишься,

что чувство красоты

может стать непереносимым,

если не с кем его разделить.

Ты не даёшь себе разглядеть,

широко раскрытыми глазами,

летящую в небе старую сельскую колокольню,

вместе с розовыми облаками,

белёсый дым от костра,

застрявший в зелёной листве ольхи

на берегу засыпающей реки,

капли свежей вечерней росы

на древних валунах.

Ты мычишь и бормочешь,

что вся эта прелесть по сути –

лишь аш-два-о и це-о-два,

влезая в пыльный скрипучий автобус,

спасаясь

от неразделённого переживания красоты.

 

АVE VITA!

Было время, когда дни мелькали,

словно лёгкие прикосновения чьей-то руки.

День пролетит

в бестолковом юношеском запале,

и, в общем, зря, и нечего о нем вспомнить,

только остается ощущение,

что кто-то к концу дня

тронул твоё плечо,

ласково и дружески предупреждая:

–  Не спеши!

А ты улыбнёшься в ответ.

 

Но со временем

от растраченного дня

стало оставаться чувство,

как после удара

палки или хлыста.

Удара – вроде бы ни за что.

Сперва удары были легкими,

потом –

сильнее и неприятнее.

 

И вот пришла пора,

когда от каждого потерянного дня

стала оставаться

боль,

как от удара

ножа.

Хочется крикнуть:

– Ну, сколько можно,

добивайте!

И как бы весь исколотый,

сопротивляешься

и вновь оживаешь,

с противным беспокойством,

что ты всё быстрее теряешь жизнь

сквозь не успевающие закрыться раны.

 

И ты пытаешься

улыбнуться сквозь боль,

тому, что еще чувствуешь ее

и видишь не погасший мир, –

как улыбались гладиаторы,

поверженные на песок арены.

 

И может быть кто-то

из невидимого амфитеатра

бросит тебе душистые цветы на сцену –

нежной рукой,

не исколотой и не испачканной в крови.

Как бы успеть их заслужить!

 

Ave vita! Morituri te salutant.

Здравствуй, жизнь!

Умирающие

тебя приветствуют!

 

Гости

В мой одинокий дом,

июньским тёплым вечером,

нежданно,

однажды постучались гости.

Я их не видел никогда,

не спрашивал – откуда,

но знал, что должен им помочь.

Я поделился с ними хлебом,

и одеждой,

и жильём.

 

Они с почтеньем

всё принимали

и понимали,

с сердечным интересом, всё,

что приходило мне на ум.

 

Сам спал я под навесом во дворе.

Шёл ночью тихий дождь.

Проскальзывали сквозь крышу капли

и падали лекарством

мне на лоб.

 

Я знал:

недолго ждать,

придёт пора –

они уйдут.

Но не хотел,

чтоб это было скоро.

Возможно, потому,

что ощущал я как-то странно:

как будто бы они

сюда явились

– ниоткуда.

 

Прочитано 2872 раз Последнее изменение 21 март/ 2019
Мирошниченко Лев Дионисович

Лев Дионисович Мирошниченко (род. в 1932 г. в семье учителя русского языка и литературы, Оренбургская обл.) – российский учёный-эпидемиолог в области наркологии, энциклопедист, писатель, поэт. Окончил МГУ, аспирантуру, кандидат наук. Автор книг «Войны России: Обороны и нападения. Параллельная хронология за 400 лет (1613–2015)», «Два чуда России – на расстоянии века между ними. Полемические заметки», «Сгущенье слов. Верлибры», «Чем хвастаешь, моя Россия? Верлибры сатирические», «Разговор без дураков. Верлибры. Афоризмы. Миниатюры», словарь «Жаргон наркоманов» (англо-русск., русско-англ.), «Энциклопедический словарь "Наркотики и наркомания"» и др.

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Другие материалы в этой категории: « Верлибры 3 Дороги без правил и без названий »

Комментарии   

0 # Владимир Кучеренко 21.03.2019 04:30
Шикарное выражение - идущие на смерть приветствуют тебя. Все мы morituri - идущие на смерть, потому что никто не может сказать про себя: «Naturus sum - мне предстоит родиться... :-)
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Мирошниченко Лев Дионисович 21.03.2019 04:41
Владимир, большое спасибо Вам за комментарий и Ваше внимание к моему творчеству.
С уважением, Лев Дионисович Мирошниченко.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Николай Довгай 20.03.2019 15:39
Трудно что либо выделить, всё нравится. Одно место, впрочем, кажется мне туманным:
Цитата:
И вот пришла пора,зум когда от каждого потерянного дня
Возможно, это просто описка?
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Мирошниченко Лев Дионисович 21.03.2019 04:35
Николай, благодарим Вас за отклик! И очень радостно, что Вам понравилось! Да, конечно, "зум" - это техническая неполадка. Спасибо большое, что обратили внимание!
С уважением, Елизавета Львовна Мирошниченко.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить