Из сборника  Я оглянусь на жизнь

Мелодия, как голос прежней жизни, 
Спугнув усталость, ожила в душе 
И зазвучала властно и капризно 
В каком-то невеселом кураже. 
Неважно, что там было и что сплыло —  
Другое и важнее и страшней: 
Ведь я себя, саму себя забыла 
Под гнетом серых, безотрадных дней. 
Мотив позвал — я тут же спохватилась: 
Пусть сплошь цейтнот, пусть все дела плохи, 
Но если бы душа освободилась, 
Какие б написала я стихи!
4 мая 2004

Гнездо — нет беззащитнее на свете:
 Сорвать его — не нужен ураган. 
И ветерок снесет, и кошка заприметит, 
Запустит камнем юный хулиган. 
Акации на взгляд совсем сухие, 
И вид гнезда сиротски неказист. 
Ах, птичий дом, дела твои плохие, 
В безлиственных ветвях разбойный свист. 
Но держится гнездо почти что чудом, 
Ведь есть же, есть она — чудес страна, 
Я и сама, наверное, оттуда, 
Ведь жизнь моя вот так же непрочна. 
Нелегкое умение держаться, 
Ты воинскому мужеству сродни — 
Не дрогнуть пред бедой, стихии не сдаваться... 
Гнездо моей души, свой хрупкий мир храни!
21 мая 2004

Как северное сиянье, 
что нет его в мире красивей,  
Мне грезится, снится в печали, 
спасая меня, Россия.  

Что время наше? Что свершить в нем можно?  
Весь выбор — прозябать иль выживать...  
Смириться с ним, быть может, и возможно,  
Вот только невозможно воспевать. 
Строка веселая от серости устала  
Молчанье нам, похоже, по грехам.  
О времени я многое б сказала,  
Но это время — антипод стихам.

26 мая 2004

Пройдя всех учений «измы»,
Не стали мудрее мы —
Наградой нам катаклизмы
И страх не тюрьмы, так сумы.
Во власть отдана транжирам,
Планета идет с молотка.
...Меня примиряет с миром
Бабочка в чаше цветка.

21 июля 2004