Прежде чем приступить к деловой части беседы, Конфеткин решил слегка подкрепиться. Он сдвинул в сторону служебные бумаги, расстелил на столе скатерть самобранку и сделал заказ:
– Тэк-с… Мне клюквенный сок, порцию пломбира и крендель с маком.
И – хлопнул в ладоши.
Бублик отдал предпочтение  крем-соде, фруктовому мороженому и булочке с изюмом. Сластена какое-то время колебался: он сидел на диете третий день, поскольку решил похудеть. И, как человек волевой, ограничивал свои аппетиты. А посему и удовлетворился лишь бутылочкой лимонада, мороженым, и тремя булочками с повидлом.
Конфеткин откусил крендель с маком и вопросительно вскинул рыжеватые брови на Бублика:
– Итак, удалось тебе раскопать что-нибудь об этой парочке – Алисе и Базилио?
– Да так… Кое-что, шеф.
Инспектор Бублик сделал несколько глотков лимонада прямо из горлышка бутылки. Конфеткин прожевал крендель, запил его клюквенным соском и сказал:
– Докладывай.
– Эти двое проходят  по нашей картотеке, шеф. Базилио трижды судим. Дважды за разбой, и один раз за вооруженное ограбление банка. Лисе пока удавалось выходить сухой из воды, но нет сомнений, что она действовала заодно с котом. В их шайке есть еще третий фигурант, некто Дуремар – тот еще жучок: осторожный, алчный и весьма опасный, несмотря на то, что с виду кажется эдаким безобидным сморчком. Когда-то он работал адвокатом, но был исключен из коллегии юристов за различные неблаговидные делишки. Сейчас этот бывший судейский крючок предпочитает находиться в тени, но, судя по всему, именно он разрабатывает все планы этой шайки. Котелок у парня варит, ничего не скажешь. Последняя их комбинация с продажей золотых деревьев была просто гениальной. Долгое время банда действовала нагло и безнаказанно, поскольку работала на высокого покровителя.
– Удалось установить его имя?
– Да. Это уже известный нам синьор Карабас Барабас. У этого субъекта большие связи в верхах. Его старший брат является министром культуры и образования. Сестра – жена министра здравоохранения. Так что добраться до него не так-то просто. Как только парни из местной полиции выходят на след, дело сразу прикрывают сверху.
Комиссар сердито насупился. Он знал, что подобное беззаконие творится во многих сказках.
– Кстати, у самого Карабаса Барабаса тоже довольно темное прошлое,– продолжал Бублик. – В юности он отсидел несколько лет за решеткой за издевательство над малолетними детьми, но вышел досрочно за примерное поведение.
«И такой человек руководит кукольным театром! – с горечью подумал комиссар. – Что ж, надо будет к нему присмотреться получше».
– А что там за афера с деревьями?
– Эти жулики открыли агентство по выращиванию деревьев, на ветвях которых, якобы, произрастают золотые монеты. Для этого следовало зарыть золотой на заброшенном пустыре в одну из темных безлунных ночей, полить его водой из волшебного источника, произнести магическое заклинание, и поутру уже можно было снимать золотые монеты на чудом выросшем дереве. Как утверждалось в рекламных проспектах, урожай золотых колебался от 10 до 15 монет с саженца. Но бывали случаи, когда удавалось снимать и до ста. При этом клиент имел право на закупку лишь трех лунок на пустыре. Нашлось множество простаков, поверивших в эту байку, так что аферисты принимали вклады на дополнительные лунки уже за особые комиссионные. Что, как вы понимаете, лишь усиливало ажиотаж. Прикарманив достаточно крупную сумму денег, деляги скрылись, оставив с носом доверчивых вкладчиков. Теперь-то на эту удочку уже вряд ли кто клюнет, но было время, когда люди, словно сойдя с ума, несли Дуремару и его шайке деньги толпой.
Окончив доклад, Бублик доел булочку с изюмом и запил ее крем-содой,
Комиссар, закусив нижнюю губу, свирепо хмурил брови. Похоже, он начинал догадываться, кто еще способен клюнуть на эту удочку.