Семнадцатилетний, хрупкий и невысокий юноша Владимир Васильков в августе 1958 года устроился работать учеником токаря на машиностроительный завод, в цех штампов и приспособлений. Невысокий рост подчеркивали брюки «клёш» с широкими штанинами.
Наставник  Владимира  25-летний парень Григорий Тимохин имел самый высокий шестой разряд. Он точил детали любой сложности. При необходимости руководство цеха направляло его на слесарный, лекальный участки. Он и там отлично справлялся. Как говорили, у него были золотые руки. Кроме того, он был прирожденным лидером, и ни одно мероприятие в цехе не обходилось без его участия.
Григорий не только учил Владимира токарному искусству, но и беседовал с ним о жизни. Порой между ними вспыхивали споры. Оба были самолюбивы, и ни один не хотел уступать другому, если считал себя правым. Григорий был коммунистом. В партию он вступил в армии, отслужив три года как говориться: «От звонка до звонка». Служил он авиатехником по кислородным приборам. Во время его службы пилотов пересаживали с винтовых самолетов на реактивные. Впервые, от него Владимир услышал, как много в этот период погибло летчиков. За три года службы Григорий похоронил четырех пилотов только с обслуживаемых им самолетов.
В конце сентября в одну из суббот, незадолго до конца смены к Василькову подошел комсорг и сказал, что в воскресенье коллектив цеха участвует в рейде народной дружины, и Владимиру к пяти часам вечера необходимо подойти в опорный пункт милиции. Когда Васильков пришел в опорный пункт, там кроме работников милиции никого еще не было.
Один из сержантов рассказывал капитану, сидящему за столом с телефоном: «В октябре прошлого года я с напарником патрулировал на втором участке. Часа в два ночи мы решили пройти по «шанхаю». В одном окне увидели качающийся свет. Нас заинтересовало, что это такое. Заглянув туда, увидели в комнатушке спираль, которая протянута от стены до стены и включена в электророзетку. Видимо под действием разницы температур раскаленная спираль раскачивалась и уже почти касалась кровати, на которой спала женщина. Мы не знали, что делать. При стуке в окно женщина с перепугу может наткнуться на спираль и обжечься. Но обошлось, она сразу не вскочила и выключила спираль. Представляете это в октябре, а что было зимой в сорокоградусный мороз!?»
«Чему ты удивляешься? Если представители власти узнали о незаконном строительстве, но дом уже построен, то сносить его запрещено. Строят из всякого подручного материала, даже из ящиков, лишь бы возвести крышу до приезда властей. Вот и горят эти «шанхаи», как спички. А очередь на получение квартиры расписана на 10-15 лет вперед».
В семнадцать ноль ноль капитан стал объяснять дружинникам их задачи, обязанности и права. Их задача состояла в пресечении уличного хулиганства и поддержании правопорядка.
В заключение капитан сказал: «Из колонии бежал рецидивист Костя Граф. Не ваше дело его ловить. Но если кто-то из вас увидит человека, похожего на него, срочно позвоните сюда или по 02». И он показал фотографию Графа. Дружинникам раздали красные нарукавные повязки, разбили на группы. И группы разошлись по участкам. В качестве командиров в группы были включены милиционеры. В опорном пункте остались капитан, два сержанта и группа дружинников, в которую был включен Васильков.
Капитан сказал: «В вашей группе в качестве командира будет командир комсомольского оперативного отряда (КОО) Григорий Тимохин. Все вы его хорошо знаете». Группа из шести человек во главе с Тимохиным приступила к патрулированию своего участка. Группой они ходили по улицам и переулкам участка. От нечего делать травили анекдоты, говорили о женщинах, обсуждали международные события. Петька, белобрысый крепкий парень в свободное время занимался самбо, какой-то хитрой борьбой, о которой мало кто слышал. Он взахлеб рассказывал о Харлампиеве-создателе самбо, о приемах самообороны без оружия, показывал сами приемы.
На тротуаре валялся пьяный. Попытки привести его в чувство ни к чему не привели. Тимохин решил отправить его в вытрезвитель. Минут пятнадцать-двадцать он не мог остановить ни одной проходящей автомашины. Наконец, остановилась одна грузовая автомашина. Тимохин, показав водителю красные корочки командира КОО, потребовал отвезти пьяного в вытрезвитель. Пьяного погрузили в кузов, туда же сели двое дружинников. Оставшиеся четверо продолжили патрулирование.
Из ворот на тротуар вышел парень. На нем были узкие брюки, полуботинки на толстой каучуковой подошве, серый пиджак с широченными за счет подкладочного материала плечами, умопомрачительной расцветки галстук. Все дружинники имели короткую стрижку, которая называлась полубокс. У парня же волосы были раза в три длиннее. «Стиляга!»-ахнул Петька. Григорий поманил стилягу пальцем к себе. Когда тот подошел, сказал: «Прошлый раз я тебя предупредил, чтобы ты прекратил стиляжничать, надел нормальные брюки и занялся полезным для общества трудом. Ты игнорировал мое предупреждение, пеняй на себя. Петька подержи его!» Петька обхватил парня руками, одновременно прижав руки стиляги к его же туловищу. Тимохин бритвой разрезал штанины стиляги. После чего тот был отпущен на свободу. Всхлипывая, он бегом скрылся в воротах, из которых вышел несколько минут назад. «Гриша, что ты сделал!»-возмутился Васильков-«А если штаны у него последние!?» «Не волнуйся, не последние, восемнадцать лет парню, а нигде не работает, не учится, сидит на родительской шее. Якобы готовится к поступлению в институт, хотя вступительные экзамены окончились месяц назад. В одежде подражает  золотой молодежи Запада. Правильно пишет «Комсомолец» о таких «Плесень…» Он прервал свой монолог на  полуслове: «Ваши документы!»-обратился он к шедшему навстречу мужчине лет тридцати-тридцати пяти. Владимиру показалось, что этого мужчину он знает, но не мог вспомнить, где он его видел раньше.
«Ребята, какие документы!?»-сказал мужчина окружившим его дружинникам-«Я только, что вышел из дома, пивка попить на углу. Может мне и в сортир ходить с документами!?» И он попытался продолжить свой путь. Тимохин схватил его за левую руку: «Пройдемте с нами в отделение милиции!» Мужчина прижался к Григорию и тот, охнув, осел на тротуар. «Не подходи! Убью!»-мужчина размахивал финкой с наборной ручкой. На лезвии алела капелька крови. «Парни не подходите к нему! Дайте его мне!»-крикнул Петька. Он шагнул к мужчине, подставил под опускавшуюся с ножом сверху руку, свои скрещенные руки. Перехватил руку и одновременно повернулся спиной к мужчине. Локтевой сустав руки с зажатой финкой оказался на плече у Петьки. Он резко надавил на кисть. Мужчина закричал  и выпустил нож. С глухим стуком тот упал на тротуар. Увидев, что мужчина обезоружен, Владимир и второй дружинник кинулись к нему. Владимир в исступлении, не выбирая и не понимая, что делает, бил бандита куда попало: «Сволочь! Ты убил Тимоху! Сволочь! Сволочь!» Когда мужчина упал, Васильков еще два раза пнул его.
«Прекратите! Хватит!»-кричал Петька, оттаскивая их от бандита. Петька перевернул мужчину на живот и брючным ремнем связал ему за спиной руки. «Покараульте его. Я пойду, позвоню капитану»-распорядился он.
Минут через тридцать пришла милицейская машина, а следом машина скорой помощи. Врач констатировал смерть Тимохина, и труп его увезли в морг. Старшим на милицейской машине приехал мужчина в штатском костюме. Обращаясь к нему, милиционеры называли его товарищем старшим лейтенантом. Он осмотрел лежащего бандита и присвистнул: «Ну, вы, мужики даете! Вы же самого Графа повязали! Завтра в десять часов пожалуйте ко мне в отдел уголовного розыска для записи свидетельских показаний. На сегодня вам хватит приключений, расходитесь по домам. Капитану я доложу, что отправил вас домой».
Примерно через месяц Петьку вызвали в управление милиции и вручили награду - командирские часы. На следующий день в «Комсомольце» был опубликован очерк о комсомольцах, которые, рискуя жизнью, задержали опасного бандита Графа. В очерке говорилось, что Григорий Тимохин посмертно представлен к награждению орденом Красной Звезды, а горсовет принял решение назвать именем  дружинника Тимохина одну из новых улиц города.
В поселке «Суворовский» завод строил жилые дома для своих работников. Условием получения квартиры было личное участие претендента в строительстве дома. Поэтому очередники в воскресные дни и те дни, когда на предприятии они работали во вторую смену, днем работали на строительстве домов.
В ближайшее воскресенье коллектив цеха штампов и приспособлений работал на строительстве дома, в котором должна была получить квартиру семья Тимохина.