Нарисуй себе день с голубыми оттенками тины
В заоконном снегу запоздалых февральских пластинок;
Где свирелью толпы суетливо листается точность,
Нарисуй себе день... нарисуй себе ночь, осторожно!

И, в пыльцовой среде календарно-ангинных мелодий,
Я увижу вокзал, переполненный прозою... вроде...
Я увижу тебя – где трамвайный кончается тронос
За вишневой слезой, дочитав непонятную повесть...

От нее нам сложней, но поверь что и воздух прозрачен...
Нарисуй себе день... тот, который неистово плачет...
Эти стрелки часов узнают твое тихое соло,
Заедает зима заговором гортань режиссера...

Нарисуй себе ночь, оробелой ресницей Дианы –
В наших снах только я, только ты и мотив Модильяни,
Посмотреть бы еще: на печаль, на зарницы, на запах...
Нарисуй себе ночь... где совсем не присутствует «завтра»...

Ликованьем зонта провальсируют глупые будни,
Я ведь так никогда не любил и наверно не буду...
Пусть не шепчут мосты про стеклянную веточку вровень...
Нарисуй себе ночь, пусть глаголет там нежная осень,

Нам уже не раздать размышленье колодою виста:
Это слишком «смешно», чтобы просто сказать- дольче вита..
Ты рисуй: не спеша, не зарывисто, не аккуратно,
На любовной струе охриплой симфонии гладкой,

Чтоб в московской тщете индеветь от замудренных лекций.
Дорогая, рисуй, роковым абажуром каденций...
Если вдруг этот день оскорбит нас своими мощами,
Я спою тебе ночь разноцветным бемолем прощанья,
Как поэт обниму перегретую девственность рампы
И во сне клоунад мы уснем мелким дождиком танго...