For world we don’t exist

Захлопнулись двери
и выключен свет.
Сломано время
и стынет обед.
Беззвучная песня,
слова о любви.
Любимое «если»,
мое «подожди».
Твое « я останусь»,
мое « не могу».
А вдруг не расстанусь,
а вдруг не смогу?
Соленые слезы…
Боюсь приручить
Три белые розы…
Останусь любить.
Бетонное эго
стирается в прах.
Становится мелом
в горячих руках.
Глаза не сомкнутся,
ловя каждый миг,
перо Синей Птицы
напишет нам стих
о том, что мы живы
пока жив рассвет,
о той вечной силе,
что знает ответ…
...Захлопнулись окна
и выключен свет.
Теперь до рассвета
для мира нас нет.

Сломала вновь.
Лишь дали в руки -
опять осколки крашу в кровь.
Разбитого фарфора звуки
звенят в ушах.
Съедают муки.
Зачем в словах
искала люки?
Играла в прятки на глазах,
найти остатки,
что называют люди "прах"
пыталась...
Укутана в брильянтовых цепях,
зачем старалась?
Ты лишь в слезах
прочтешь, быть может, мелодраму.
Скажешь: "Размечталась!"
Покажешь вены на висках,
и только снегом телеграмма
чуть припорошена как пеплом,
застыла словом на губах:
"Не больно",- шепчешь ветру.
В фарфоровых сердцах
не видно больше света.
...Сломала вновь.
И только шрамы на руках
напомнят о рассветах,
где билась вдребезги любовь...
в фарфоровых сердцах