… Уже почти неделю Максим не находил себе места. Ли не появлялась даже в самые солнечные дни и лунные ночи. Максим боялся, что больше никогда не увидит её. В надежде, что она слышит его, он целыми днями что-то ей рассказывал, а также задавал вопросы, много вопросов, просил прощения. Наконец Линда появилась.
- Я прощаю тебя,- сказала она,- только неизвестно, поможет ли это тебе.
 Максим упал на колени перед Ли и стал целовать ей руки.
- Спасибо, спасибо что пришла. Но скажи, что ты имеешь в виду?
- Не знаю, будет ли у тебя шанс на жизнь.
- А у тебя?
- Точно не будет. Каратель обманул меня. Если бы я даже убила тебя, я никогда бы не вырвалась из этого окна.
- А если его поменяют на новое?
- Я буду там, где оно, а если на него не будет попадать свет, я навечно останусь во мраке. А вот если его разобьют, я смогу стать частью Солнца и быть везде, но только как свет, но смогу ли родиться вновь – не знаю.
- От чего это зависит?- поинтересовался Максим.
- Во многом от нашего желания и готовы ли мы принять на себя такую ответственность. Помнишь, я рассказывала тебе о взаимодействии физического тела и духовного. Так вот, если душа не будет готова к обретению нового тела, она, либо вообще не присоединиться к эмбриону в утробе матери, либо присоединившись, вскоре отторгнется от него. При этом всегда есть риск гибели самой души, ведь не окрепшая душа ведёт к неправильному развитию и гибели оболочки, а если сама не успеет отсоединиться, тогда погибнет вместе с телом. Я чувствую, что не готова ещё к тому, чтобы стать человеком, ведь окончательно разуверилась и не имею никаких желаний, проектов жизни на будущее и тому подобное.
- А что, это так необходимо?- спросил Максим.
- Без этого никак. План будущей жизни закладывается на уровне подсознания, иногда в связи с предыдущей жизнью. Вот, например, в пятнадцатом веке жил поэт. Он очень хотел стать знаменитым, но не получилось. Он погиб, а его рукописи так и никто не оценил. Потом он родился в шестнадцатом веке, опять переписал всё заново, при этом поэту казалось, что он это всё читал когда-то где-то, но где, вспомнить не мог. Его опять постигла неудача, он сгорел в собственном доме вместе со всеми работами. Потом он родился в девятнадцатом веке и всё, наконец удалось. Он умер и не родился по сей день, хотя его не материальная часть жива. Поэт больше не хочет быть поэтом, ведь добился своей цели. Теперь он ищет что-то новое, ради чего захочется снова жить,- рассказала Линда.
- Интересно, - задумался Максим,- а сколько раз рождались я, ты и какую цель преследовали?
- Знаешь,- Ли громко вздохнула,- молодые мы ещё. Этот мир мы посещали два раза. Первый раз мы случайно встретились. Я была богатой избалованной дочкой графа. Меня звали Анной, а ты был помощником конюха при графском дворе, и звали тебя Антоном. Мне нравилось с тобой общаться под видом верховых прогулок, ведь иначе я не могла. Надо было соответствовать положению. Ты мне был очень симпатичен: белокурый мальчик с большими чувственными глазами, не заносчив, не напыщен, но и не глуп, хотя и не имел образования. С каждым днём ты мне нравился всё больше, а я тебе. Это ощущалось во взглядах, в тоне, но было не суждено. Меня должны были вскоре выдать за дурака кузена замуж и увезти в столицу, а ты… погиб, упав однажды с лошади во время ненастья. Ещё долго я тайком рыдала ночи напролёт, а когда меня выдали замуж, я прожила совсем недолго.
- А что случилось?
- Погибла во время родов. Но при жизни я мечтала о том, чтобы быть обычной девушкой, ведь тогда мы могли бы быть вместе с тобой. Я жила этими фантазиями каждую свободную минуту, хотя понимала, что так не будет, ведь ты умер. Ты же ещё при жизни желал быть богатым, чтобы иметь возможность учиться. Ты говорил, что деньги не станут помехой любви даже к нищенке. Как видишь, в последующей жизни все пожелания были учтены. Я родилась в небогатой семье, а ты стал сыном состоятельных родителей. Мы нашли друг друга, только ничего снова не получилось.
- Но я сдержал своё слово, Анна,- взял Максим Линду за руку,- деньги не стали помехой любви.
- Но ты не выполнил другое обещание – учиться. Если бы ты старался, ты посещал бы школу регулярно и оказался бы в школе в тот роковой день.
- Прости, только одного не пойму. Зачем искать друг друга при жизни, если можно быть вместе после смерти?
- Нельзя. После смерти никто никого не видит из умерших, только живых. Каждая душа- это совокупность энергии, безликой и бесформенной. Бывают ещё такие, как мы с тобой, но обычно они не встречаются друг с другом. Очень маленькая вероятность этого. Запомни одно на будущее: взяв на себя обязательства даже перед самим собой будь добр исполнять их, иначе это может плохо кончиться.
- Но я же не знал!- оправдывался Максим.
- Видишь ли, если даны возможности, значит, это не просто так. Надо ими пользоваться,- объяснила Линда.
- В следующий раз обязательно, только нужен ли он нам? Мы же и здесь вместе. Зачем снова искать друг друга, страдать, и в итоге терпеть неудачи?
- Да, ты прав, конечно, только долго ли ты протянешь так, в этой пустоте? Нормальная ли это жизнь, если питаешься падалью, пьёшь дождевую воду с пола, спишь на полу. Скажи спасибо, что сейчас всем не до того, чтобы вымыть окно, ведь тебя может попросту смыть, или отравишься химическими средствами. Я же могу появляться только в зависимости от света. А вдруг Солнца не станет?
- Думаю, оно вечно.
- Я не хочу такой вечности и тебе не желаю.
- Потому что ты любишь меня?- посмотрел Максим Линде в глаза.
- Увы, по-прежнему. Я желаю, чтобы ты смог ощущать всю полноту любви, так как это возможно только при человеческой жизни. Этот же загробный мир не предназначен для любви.
- А может, наши чувства изменят его?
 Максим придвинулся к Линде и поцеловал в губы. Она не сопротивлялась. Они оба закрыли глаза и им показалось, что они снова находятся  в квартире Линды после школьного праздника, такие юные и немного робкие, что завтра не принесёт суровую действительность бытия, что им дан второй шанс начать всё с чистого листа. Они даже не заметили, как в порыве страсти очутились без одежды. Максим ласкал её безупречное, наполненное светом тело и молился, чтобы в этот момент Солнце не скрылось за тучу. Соединившись в одно целое они ощутили, что это совсем не так, как при жизни, ведь там можно было запросто совокупляться с нелюбимым человеком, здесь же это не представлялось возможным. Становились ощутимыми все мысли партнера, эмоции, чувства и перетекали из одного тела в другое, будто из сосуда в сосуд. Максим почувствовал боль Линды, которая частично застыла в нём, девушка ощутила страдания Максима от не сложившихся любовных отношений и её смерти. Им было нестерпимо больно, они стонали и рыдали, осознавая свои ошибки, но затем пришло просветление, ведь произошла диффузия не только отрицательного, но и положительного и стало тепло от понимания, ощущения необходимости друг в друге, нежности, истинной страсти и любви. Максим чувствовал, как рубцуются его раны, не оставляя даже шрамов. Это было самое натуральное единение обнаженных душ, которое невозможно в цепях телесной оболочки.
 Некоторое время спустя Максим и Линда лежали бессильно рядом с закрытыми глазами, утрясая и раскладывая всё то, что поглотили друг от друга.
- А знаешь…- сказал Максим, открывая глаза, но Линды рядом не было, потому что Солнце закатилось за горизонт,- я хочу быть с тобой вечно. Надеюсь, это пожелание будет учтено…

 … « Интересно, почему я тебя нигде не вижу последнее время? Мне надо с тобой поговорить, только не так, как в прошлый раз. Ты тогда меня немного обидел, но и я доставила тебе неприятности, так что мы в расчёте. И всё равно ты нужен мне, как бы там ни было. Я не вижу себя без тебя. Если ты ответишь мне взаимностью, я никогда не заставлю тебя страдать, я поддержу все твои начинания, а если прикажешь повеситься, я повешусь, ведь ты мой Бог – умный, красивый, бесподобный. Молю, выполни только одно моё желание: дай мне шанс»…

 … - Как рождаются души?- спросил однажды Максим у Линды, когда они вместе наблюдали за живописным заходом солнца.
- Я точно не знаю, но Каратель говорил, что они приходят сюда из Чёрных дыр в космосе, что там у них свой мир, но те, которым всё надоедает в нем, просачиваются через эти дыры в эту Вселенную, напрочь забывая о своём мире. Им там становится скучно, ведь там все хорошо и все мечты сбываются, не надо ничего делать, а просто жить счастливо,- объяснила Ли.
- А можно туда вернуться?
- Каратель говорил, что можно, только для этого необходимо найти дыру, а это не так-то просто. Кроме того, он говорил, что иногда сам отправляет в эту страну останки душ, которые убивает, и просто умерших по какой-либо причине.
- Какая может быть причина?
- Если душа устает от жизни здесь и озлобляется, то умирает от этой злобы. Так задумано, ведь люди с такими душами, как правило, становятся убийцами, психически больными и просто нехорошими людьми.
- За что же их таких переправлять в лучший мир?
- Там у них есть шанс начать всё заново. Они возрождаются, забывают всё плохое и живут так, как хотелось.
- Интересно…- задумался Максим,- откуда вообще появился этот Каратель и с какой радости он решает, кого переправить в мир душ, а кого нет? Что он имел в виду, когда сказал, что расплачивается за свои грехи?
- Очень давно в мире душ Каратель был самой обыкновенной душой, только стало ему скучно. В Чёрную дыру он идти не хотел, а надо было как-то развлечься. Он организовал подобие секты, где своими речами склонял души к самоуничтожению, и они таки заканчивали свою жизнь суицидом. Очень много неокрепших душ поддались его влиянию. За это Каратель был сослан в Чёрную дыру, где он должен был убивать души самоубийц, чтобы они не возвращались с дурными мыслями, чтобы он познал, что такое смерть, если её вершишь своими руками, потому что человеком он стать не мог, ведь не зря его лицо спрятано в капюшоне. У него выжжены глаза, отрезан нос, срезаны губы и нет многих органов, поэтому попытки подселения в эмбрион заканчивались неудачами, а ещё Ночной Каратель с каждым днём слабел, и только когда уничтожил первую душу самоубийцы клинком, который получалось достать из татуировки на груди только ночью, которая беспризорно витала в пространстве, он почувствовал силу и понял своё предназначение. Вершить убийство оказалось гораздо тяжелее, нежели склонять к самоубийству, но выхода не было.
- Что-то здесь не сходится,- заметил Максим,- каким образом у Карателя есть лицо, если ты говорила, что души безликие и всего лишь совокупность энергии?
- Во-первых, Каратель – не просто душа, а во-вторых, в мире душ каждый имеет такую внешность, какая ему по душе, будь это мужчина или женщина, человек или животное- всё равно. Его изувечили преднамеренно.
- А есть ли в мире душ любовь?
- Наверно. Думаю, что там всё всегда идеально, все друг друга находят, не ошибаются, не строят напрасных иллюзий.
- Знаешь, мне кажется, что сейчас мало кто строит эти напрасные иллюзии, все стали реалистами.
- Не скажи, Максим, ты сам был мечтателем, только с годами это перерос, а ещё у тебя есть пациентка- девочка Тонечка с больным сердцем. Представь себе, она думает, что действительно тебя любит, страдает, пишет о тебе на каждой странице своего дневника, идеализируя тебя, и не стыдится рассказывать о тебе подругам.
- Что-что!- возмутился Максим,- Это уже слишком! Я ей!..
- Что ты? Подумай сам, наивный ребёнок живёт, надеясь хотя бы на какие-то знаки внимания с твоей стороны. Она не понимает, что это всего лишь мимолётное увлечение. Она каждый день гуляет под твоими окнами в надежде встретить тебя. Она забывает даже о своём недуге, когда думает о тебе.
- Не удивительно теперь, почему она сотворила такое в моём кабинете- разделась наголо и опозорила меня перед моими сотрудниками.
 Линда засмеялась.
- Максим, это у неё пройдёт. Что плохого в том, что фантазия о тебе помогает человеку жить? А какие красивые слова она о тебе пишет: « Я не вижу себя без тебя… Ты мужчина моей мечты, настоящий, сильный мужчина… Ты мне нужен… Я жажду, чтобы твои тёплые мягкие руки снова трогали моё тело… Ты мой Бог- умный, красивый, бесподобный…»
- Перестань!- перебил Максим,- Мне не интересны плоды воспалённой фантазии малолетки! Ей же четырнадцать!
- На днях было пятнадцать. А если бы она была взрослой, это бы изменило что-то?
- Может быть, ведь что-то в ней всё же есть,- честно признался Максим.
- Отчаяние - та самая слабость, которая может привлечь сильного мужчину и делает женщину в его глазах более прекрасной, откровенной и чувственной.
         Датчики жизненных показателей издавали равномерные монотонные гудки. Капля за каплей в вену вливалась прозрачная жидкость, которая лечила безжизненное тело Максима. Рядом с ним в халате и шапочке сидела Люда, держа его за руку. Последнее время она посещала его всё реже, ведь нынешние прогнозы врачей были совсем неутешительны- паралич всего тела в лучшем случае, а в худшем… Хотя, по сравнению с тем, что может быть, худшее покажется благом. Люда понимала, что не готова к тому, чтобы посвятить даже часть своей жизни уходу за тяжёлым инвалидом, не смотря на то, что он её муж, что он вывел её в люди, делал для неё всё. Врачи мягко намекали на то, чтобы Люда дала согласие на отключение аппаратуры, и хотя она уже была согласна, официального письменного согласия пока не решалась дать.
- Максим, что мне с тобой делать?- причитала она,- Последнее время у нас не клеилось, но не в этом дело. Не знаю, зачем ты выбросился из окна, прости, если из-за меня. Даже если ты проснёшься, как мы будем жить дальше?- провела девушка рукой по лбу Максима,- К тому же за эти почти два месяца многое изменилось. У меня новый мужчина, который любит меня и понимает. Мне стыдно, правда стыдно, что это происходит сейчас, когда с тобой такое, но так получилось…
 В этот момент раздался приветливый звонок Людиного мобильного телефона. Она поспешно достала его из кармана, включила.
- Да.
- Привет, моя неповторимая,- послышался мужской голос.
- Слушай, я сейчас в больнице, я потом тебе перезвоню.
- Как всегда, потом. Ты уделяешь ему больше внимания, чем мне, и даже в постели продолжаешь думать о нём!
- Не говори так… Я же ему нужна. Он, всё-таки кое-что дал мне в этой жизни, и теперь…
- Ты будешь менять ему памперсы ещё двадцать лет? Ни хрена он тебе не дал кроме силиконовых сисек, а это мог тебе сделать любой другой или вообще сама! Почему ты истязаешь его беспомощное тело? Если он придёт в себя, он проклянёт тебя за то, что ты не решилась умертвить его. Думаешь, ему приятно будет гадить под себя?
- Зачем так грубо?- возмутилась Люда.
- Правда не всегда нежна, как небесная синева или лепестки первого подснежника, она бывает колючей и грязно коричневой!
- Прости, но дай мне время смириться…- сжала Люда пальцами левой руки переносицу.
- Вот что, сладенькая. Уже прошло и так много времени. Я – живой, привлекательный с деньгами и какой никакой карьерой мужчина. Сама понимаешь, для меня не проблема найти себе женщину, пусть даже не такую пышногрудую, как ты. Он же труп или полутруп и я вообще сомневаюсь, что ему понадобятся в будущем женщины. Так что выбирай: я или он. Думаю, что ты не хочешь быть невостребованной мужчинами, одинокой и забытой, ожидая пока он умрёт окончательно, а твои прелести постареют и обвиснут. Тайком с тобой встречаться я не хочу, ведь подумываю о более официальных отношениях.
- Но я же могу с ним развестись. Он поймет…
- Это низко- сначала вытянуть с того света, чтобы бросить… Так что, решай, милая. Вечером позвоню.
 Связь оборвалась. Люда тяжело вздохнула. Она посмотрела с грустью и досадой на спокойное лицо Максима, дотронулась до холодной щеки.
- Знаю, ты старался, но хотя бы в память о былом постарайся простить,- Люда встала со стула, поцеловала мужа в лоб. Несколько её слёз упало на его лицо. Она решительными шагами покинула палату интенсивной терапии и вошла в ординаторскую, где находился лечащий доктор Максима Василий Семёнович.
- Вы что-то хотели?- спокойно спросил он.
- Да, доктор,- еле слышным голосом произнесла девушка,- что надо написать, чтобы…
- Понимаю, присаживайтесь,- почесал немолодой врач жиденькие усики,- это тяжёлое решение, но может быть Вы правы. Последние обследования в его пользу, к сожалению…
 Люда вдруг разрыдалась и задрожала.
- А с другой стороны, никто Вас не торопит,- провёл Василий Семёнович рукой по лысине и сел рядом на диванчик.
- Нет-нет, всё в порядке,- взяла Люда себя в руки,- рассказывайте, что надо сделать.
            Линда появилась как всегда неожиданно, и Максиму не понравилось то, что она сообщила.  Девушка сказала, что он должен как можно быстрее вернуться в своё тело, иначе он больше не сможет этого сделать, потому что Люда дала согласие на отключение аппаратуры.
- Сволочь неблагодарная! Как она могла?- бегал Максим со стороны в сторону,- Хотя, это к лучшему. Я хочу быть здесь с тобой.
- Не говори даже такого. Ты должен ещё пожить. Здесь тебе угрожает опасность!
- Пускай! Я не хочу жить без тебя! Не хочу!
- Послушай меня,- взяла Линда Максима за плечи и посмотрела ему в глаза,- мы сможем встретится потом, но для этого ты должен пожить, достойно умереть, а ещё разбить в дребезги это проклятое окно, иначе я никогда его не покину. Сделай это ради меня, чтобы мы смогли снова родиться и встретится. Твоя душа уже готова к присоединению к телу, только надо торопиться, потому что завтра будет поздно.
- Хорошо, я сделаю это ради тебя. Что для этого нужно?
- Во-первых, человек, который сможет доставить тебя в больницу максимально близко к телу. Это должен быть человек, который думает о тебе хорошо, который находится вблизи сейчас, мысли которого не будут тебе омерзительны, ведь ты их прочувствуешь. Идеально подойдёт Тонечка.
- О нет! А своим ходом нельзя?
- Опасно. Нужно, чтобы твоя душа была доставлена максимально аккуратно, чтобы никакая чужеродная энергия не разрушила её. Твоя жена для этого не подойдет, сам понимаешь. Надо спешить, потому что Тоня сейчас как раз гуляет возле этого дома.
- Как же мне попасть в неё?- поинтересовался Максим.
- Всё просто: надо избавить тебя от телесных клеток в то время, когда ты будешь думать о Тоне, а потом, чтобы из неё попасть в своё тело, будешь думать о нём, когда окажешься на месте.
- Не знаю, получится ли, но я попробую. Только как же мне лишиться этих телесных клеток?
- Это не твоя забота, Максим. Закрой глаза, поцелуй меня, а потом думай о Тоне. Всё будет хорошо, обещаю,- улыбнулась Линда, утирая слёзы.
- Ты плачешь? Как бы там ни было, я верю тебе и знаю, что всё получится. До встречи, – закрыл глаза Максим и прикоснулся губами к губам Линды. Девушка нежно гладила его по голове, пока у неё на пальцах не появились длинные ногти-лезвия. Смертоносная рука скользнула вниз и ногти вонзились в грудь в области сердца и, распарывая живот, опустились в самый низ. Максим застонал, а через мгновение его телесная оболочка валялась на полу у ног Линды, будто чья- то снятая одежда. По-видимому, это и была не более, чем тонкая одежда души, которую сняли заботливые руки так, чтобы не поранить снова до крови то, что под ней. 
         Максим очнулся и увидел, что находится у подъезда собственного дома, только звуки внешнего мира заглушает странный стук и обрывки фраз, которые звучат многоголосым эхом. « Где ты… Мне плохо без тебя… плохо… Жизни осталось так мало… Меньше с каждым днём… ты не мог переехать… видела жену твою стерву… ненавижу… почему она, а не я… почему?..»
 Максим попытался сосредоточиться. Не сразу, но получилось. Шум отошёл на задний план и теперь Максим смог услышать шум лёгкого ветерка, покачивающего деревья, крики детей, играющих во дворе, гул машин, проезжающих по близлежащей дороге. Максим понял, что находится в теле Тони рядом с её душой, поэтому слышит её мысли и сердцебиение.
- Ты кто такой?- раздался снова внутренний голос,- Это моё тело. Иди отсюда! Мне тесно.
- Простите меня, но мне нужна Ваша помощь. Я – душа Максима Юрьевича. Его тело сейчас в больнице в реанимации, и если я не попаду туда вовремя, доктора Вашего тела больше не будет в живых,- объяснил Максим.
- Не может быть!
- К сожалению, может.
- Хорошо, давай на ты. Я помогу тебе, только пообещай, что мы потом увидимся, когда ты будешь в теле.
- Увидимся, только как доктор и пациентка.
- Мне нужно больше…
- Перестань, в конце концов! Найди себе и своему телу другое развлечение, кроме как цепляться ко мне!
- Но, ты же мне нравишься, что я могу сделать? У меня нет времени искать кого-то другого!
 Максим почувствовал, как сердцебиение усиливается. Похоже, Тоня начинала нервничать, что было ей противопоказано. Максим понимал, что ей в любой момент может стать плохо, а ему никак некстати было, чтобы девочка очутилась в больнице.
- Послушай, ты вполне можешь прожить ещё несколько десятков лет, если захочешь. Главное,  больше положительных эмоций, тело врачи довольно неплохо поддерживают, а ты своим негативом гробишь его окончательно. Запомни, у каждого есть своя пара. Если же ты зациклишься на мне – никогда её не найдёшь. Правда в мире есть много других интересных вещей, кроме поисков любви.
- Какие например?
- Их называют интересы, увлечения, хобби. Читать, рисовать, вышивать, учиться, играть в шахматы и многое другое. Найди своё и мир покажется интереснее.
- Что ж, надо попробовать. А где же твоя половинка, если это не я?
 Максим вкратце рассказал свою историю с Линдой.
- В таком случае, надо спешить! Идём в больницу!
 Быстрыми шагами тело Тони понесло их в сторону больницы, которая находилась не очень далеко. Максим осматривался по сторонам. Как было приятно после двух месяцев заточения вновь ощутить свежий воздух. Из-за облака показался кусочек солнца и ослепил на мгновение Тонины глаза.
- Стой!- сказал вдруг Максим,- Идём назад!
- Но почему?- возмутилась душа Тони.
- Нужно попасть ко мне домой и разбить окно.
- Сделаешь это, когда оживёшь. Идём!
- Нет! Мало ли что!
- Хорошо, но как мы попадём к тебе в квартиру? Я видела, твоя жена ушла из дома.
- Прекрасно. Я знаю, где взять запасной ключ!
 Они направились в подъезд, поднялись на десятый этаж и позвонили в соседнюю квартиру.
- Кто?- послышался за дверями женский голос.
- Извините, я племянница Вашей соседки Люды. Откройте, пожалуйста!
 Двери открылись и на лестничную площадку вышла миловидная бабушка в очках и платочке.
- Что Вы хотите?- спросила она.
- Я час назад была у тёти в гостях и забыла на столе кошелёк. Пришла на автобусную остановку, а денег нет, чтобы домой добраться. Позвонила Люде, она сказала, чтобы я обратилась к вам, Марья Ивановна, ведь у Вас есть ключ. Откройте, пожалуйста, я на минутку!
- Ну, не знаю…- подозрительно посмотрела бабушка на Тоню,- надо бы Люде позвонить.
- Не надо! Она сказала, чтобы её не беспокоили, потому что она на парах, да и телефон может быть отключён,- улыбалась наивно Тоня.
- Ну хорошо, деточка, сейчас открою. Заберёшь свой кошелёк.
 Марья Ивановна ушла, а через минуту появилась с ключом и открыла двери.
- Спасибо,- сказала Тоня,- я быстро.
 Тоня забежала в гостиную, подошла к окну. Максим всмотрелся в его середину. В нем лежали дохлые насекомые и клубы паутины. « Как хорошо, что я не успел поменять окно на металлопластиковое!- мелькнула мысль,- а теперь я это сделаю! Начну новую жизнь. Оживу, выгоню эту дрянь из моей квартиры и…»
« Женишься на мне!»- послышалась Тонина мысль.
« Нет!»
« Успокойся, шучу! Давай бить окно!»
 Тоня схватила стул и со всего размаху ударила им по внутреннему стеклу, которое вмиг обрушилось со страшным треском. В комнату вбежала Марья Ивановна.
- Что Вы делаете, девушка!- кричала она, хватаясь за голову,- Я милицию вызову!
 Но Тоня не остановилась, а огрела со всей своей силы стулом наружное стекло, которое тоже рухнуло. Бабушка кричала и звала на помощь. Теперь Тоня бросила стул и проскочила мимо неё к выходу из квартиры, а затем очень быстро очутилась на улице.
- Получилось!- сказала Тоня,- А теперь – в больницу!..

 Они успели во время. Тоню, правда, не пустили дальше вестибюля больницы, но, тем не менее, это оказалось достаточно близко. Максим очнулся тогда, когда его отключали от аппаратуры, чем перепугал Василия Семёновича – своего лечащего доктора чуть ли не на смерть. На удивление медиков он довольно быстро пошёл на поправку и уже через месяц был выписан домой.
Мужчина загадочно улыбнулся, когда в гостиной своей квартиры обнаружил металлопластиковое окно, только ни о чем не спрашивал. Всё это время Максим надеялся, что Люда осмелится сказать ему правду о своём новом романе, но так и не дождался этого, поэтому после выписки тут же намекнул ей на то, чтобы она собирала свои вещи и убиралась прочь.
- Но почему, дорогой, я же тебя так ждала, заботилась о тебе!- ныла Люда, и Максим понял, что её уже бросили.
- Да, вот и решила дать согласие на лишение меня жизни?
- Откуда ты…
- Да, оттуда!- пугающе и торжествующе улыбнулся Максим,- хоть бы с остальными родственниками посоветовалась. Убирайся в своё село, я даю тебе развод!
- Но пойми, я была в отчаянии! Меня… меня доктора уговорили!- оправдывалась Люда.
- Лжёшь!
- Нет, любимый. И вообще, если ты так, то объясни, хотя бы истинную причину!
 Максим громко надменно засмеялся:
- Когда я был там,- ткнул он пальцем в потолок,- я встретил другую. Она не просила тряпки, косметику и силикон, она просто любила меня. Вот и всё!
- Да ты… ты нездоров!- закричала Люда,- Не может быть!..
- Почему? Что, меня нельзя любить просто так?
 На этот вопрос жена не ответила и в тот же вечер она покинула квартиру Максима. Дальше мужчина вёл холостяцкую жизнь, а когда смог выйти на работу, всецело ушёл в неё. В солнечные дни он любил гулять на улице, ведь когда нежные тёплые лучи касались его лица, он представлял, что это хрупкие пальчики Линды ласкают его, что солнечные зайчики – это её тень. Бывало, что Максим гулял с Тоней, ведь только с ней он мог поговорить о том, что с ним произошло. После того, как Максим пообщался с её душой, девочка заметно повзрослела, стала интересоваться книгами, посещать театры и даже познакомилась с мальчишкой своего возраста, которому она понравилась.
 С тех пор Максим прожил недолго – всего пять лет. Он разбился в своей новой машине зимой, врезавшись в дерево. Когда его тело сплющилось железом, душа моментально выскочила из него. Несколько дней и ночей Максим скитался непонятно где, видел свои похороны, только ему было всё равно. Он хотел встретить Линду, её же нигде не было, возможно потому что дни выдались снежными и мрачными.
 Наконец-то, однажды ночью из-за туч вышла полная луна, но Линды всё не приходила. Когда Максим сидел на дереве у своего подъезда, почувствовал, как чья-то рука прикоснулась к его плечу. Он оглянулся, только сзади стояла не девушка, а Ночной Каратель.
- Не бойся,- сказал он Максиму, - я не убивать тебя пришёл.
- А что тогда?- не поверил Максим.
- Помочь.
- Я хочу видеть Линду!
- Я понимаю. Но ты бы не смог увидеть её просто так здесь. Души не могут видеть друг друга, она тебе разве не говорила?
- Говорила, конечно. Всё равно должен быть какой-то способ.
- Он есть. Нужно отправиться в страну душ. Я могу помочь в этом.
- А какой тебе смысл?
- Меня Линда попросила. Она здесь, рядом со мной. Идём,- протянул Каратель Максиму руку.
 Максим боялся подать руку этой тёмной личности в капюшоне, только других вариантов не видел, поэтому сделал это. В мгновение ока они очутились в космическом пространстве в окружении миллиардов звёзд. Земля отсюда казалась маленьким шариком на ладони, а Солнце- желтым мячиком. Перед ними возникла тёмная зияющая пропасть. Это была настоящая Чёрная дыра, пугающая своей неизвестностью.
- Сейчас вы вместе войдёте сюда и попадёте в мир душ,- сказал Каратель.
- А могу ли я тебе верить?- спросил Максим.
- У тебя всё равно нет выбора, к тому же Линда говорит, что любит тебя, а только так вы точно будете вместе. Правда вы забудете о том, что произошло с вами здесь, но там сможете начать всё сначала без обид и боли.
- Спасибо, но зачем ты это делаешь?
- Кто знает, может за хорошие дела меня примут обратно в страну душ, а там я перестану прятать голову в капюшон и быть страшным калекой.
 Каратель снял капюшон. Ужасное зрелище предстало перед глазами Максима, и он понял, с кого рисовали образ смерти. Глаза были без век и будто покрыты белесой плёнкой, на месте носа зияла дыра, губы отсутствовали, открывая взгляду дёсна и массивные зубы с неправильным прикусом. Череп был лысым, даже без кожи.
- Да, ты прав, друг, из-за этого стоит прятать голову в капюшон. Мы с Линдой замолвим там за тебя словечко,- пообещал Максим.
- Вряд ли,- натянул Каратель капюшон,- вы всё забудете. Счастливой новой жизни.
- Спасибо.
 Максим закрыл глаза и почувствовал, как в его руку легла хрупкая ладонь Линды. Они вместе упали в Чёрную дыру навстречу чему-то, от чего отреклись когда-то…

 … Яркое солнце ослепило глаза, правда, не жарило, как летом, трогая мягкими руками щеки. Пожелтевшая трава вокруг озера бессильно припала к земле, деревья поражали изобилием пёстрых красок. Наступило бабье лето –последнее и неожиданное тепло этой осени.
 Антон шёл не спеша, ведя за уздечку породистого вороного скакуна, верхом на котором в прогулочном костюме гордо восседала юная графиня Анна. За последнее время она сильно изменилась и превратилась из необразованной девчонки в настоящую знатную даму. Антон нисколько не жалел о том, что взял в жёны простую девушку, которая его любила и стремилась к знаниям. А ещё красавицу Анну любили и уважали все её подданные, ведь она их понимала как никто другой. Они с Антоном были безгранично счастливы, точно так же как потом и Линда с Максимом, а ещё позже Стэлла с Даниилом. Сами не зная почему, они не любили непогожие дни и безлунные ночи, которые казались холодными и одинокими. Только это ощущение к счастью быстро исчезало, ведь снова появлялось солнце, которое напоминало о том, что всё светлое вечно. Только великое небесное светило, которое сопровождает день и смотрит хотя бы краем глаза ночью на Землю сквозь Луну, знало, что мир душ- это точно такой же мир, как мир людей, но в нём нет места для зла, ненависти и несбыточных желаний.