Любовный треугольник, как известно, - самая распространенная основа сюжета романов, пьес, кинофильмов… Но жизнь, увы, преподносит иногда такое, чего не придумает и самый изобретательный драматург.

…Судьба каждого, кто составлял этот звездный треугольник, оказалась поистине чудовищной. Первым ушел из жизни Сергей Александрович Есенин, которому 3 октября 2005 года исполнилось бы 110 лет. Окровавленный труп поэта с перерезанными венами на руках и петлей из чемоданного ремня на шее был обнаружен в Ленинграде в номере гостиницы «Англетер» 28 декабря 1925 года в 10 часов 30 минут утра.

15 июля 1939 года в своей квартире в «Доме артистов» - в самом центре Москвы, близ Центрального телеграфа – истекала кровью его бывшая жена Зинаида Николаевна Райх. На теле актрисы зияли глубокие ножевые раны. По дороге в больницу женщина скончалась.

За несколько недель до убийства Зинаиды Райх был арестован ее второй муж – великий режиссер-реформатор Всеволод Эмильевич Мейерхольд. Которого, как «активного троцкиста и агента английской и японской разведок», 2 февраля 1940 года расстреляли в Бутырской тюрьме…

«Выткался над озером алый стяг зари…»

В начале августа 1917 года, аккурат в дни подготовки к выборам в Учредительное собрание, на Соловецких островах в Кирико-Улитовской церкви обвенчались молодой (через месяц ему исполнится 22 года), но известный уже поэт Сергей Есенин и машинистка редакции левоэсеровской газеты «Голос народа» 23-летняя Зинаида Райх…

Познакомились молодые в Петрограде, в «Обществе распространения эсеровской литературы и газет». Зинаида была членом партии социалистов-революционеров, Сергей – сочувствующим. Ни он, ни она никаких террористических актов, конечно же, не устраивали, а только вели пропагандистскую работу. Вначале Есенин, юноша со светлыми вьющимися, аккуратно расчесанными волосами, ухаживал за другой редакционной машинисткой – Миной Свирской. А Зиночке Райх всяческие знаки внимания оказывал его тогдашний приятель Алексей Ганин…

В поездку на Соловки Есенин и пригласил поначалу Мину Свирскую, но та поехать не смогла: «ремингтон» накрепко привязал ее к редакционному столу. Зинаида же согласилась и даже выложила на поездку все накопленные нелегким трудом деньги. После возвращения она как бы невзначай сообщила подруге, которая еще недавно казалась всем нареченной Есенина: «Знаешь, нас с Сергеем на Соловках попик обвенчал».

И показала официальную бумагу со своей подписью «Райх-Есенина».

…Поэт сделал ей предложение на пароходе. Заявил, что давно любит ее, жить без нее не может. И они должны немедленно обвенчаться.

Через сорок дней после венчания Зинаида Николаевна поместила в «Правде», в то время эсеровской газете, извещение о своем выходе из партии. Революционную и политическую деятельность она оставила навсегда. И принялась вить семейное гнездышко – ей хотелось нормального женского счастья. Счастливая новобрачная сняла и, как могла, обставила квартиру на Литейном проспекте. Бездомному до тех пор Есенину все ее заботы вначале очень нравились. Он то и дело повторял с гордостью: «У меня жена есть!»

В день его рождения Зинаида Николаевна, раздобыв кое-какую закуску и несколько бутылок вина, собрала друзей. За месяц до октябрьского переворота в голодном Петрограде накрытый ею стол выглядел празднично. Есенин был очень оживлен и настоял, чтобы Мина Свирская выпила с ним и Алексеем Ганиным на брудершафт. Потом он отправился провожать бывшую свою пассию и вернулся домой не скоро. Зинаида обиделась. Так возникла первая трещинка в их отношениях, которые совсем скоро оказались полностью разрушенными, хотя в семье появились двое детей: 29 мая 1918 года родилась дочь Татьяна, 3 февраля 1920 года – сын Константин.

Мальчика отец увидит только после развала семьи – на вокзале в Ростове. Возвращаясь со своим закадычным другом Анатолием Мариенгофом из Ташкента, Есенин случайно встретил бывшую жену на перроне. И она, предложив взглянуть на сына, пригласила поэта в свой вагон.

«Фу!.. Есенины черными не бывают!» – он отшатнулся от ребенка, как от прокаженного. И быстро-быстро вышел…

Зинаиду Райх нередко называют первой женой Сергея Есенина. Это будет правдой, если признавать только браки церковные или скрепленные официальными подписями. Но еще в 1913 году, только-только появившись в Москве, 17-летний выходец из рязанской глубинки сошелся с Анной Изрядновой, работавшей рядом с ним в типографии книгоиздательского товарищества Сытина.

Анна была на четыре года старше Сергея, которому брак с ней – как свидетельствует Мариенгоф – «…с первых дней семейной жизни показался ошибкой». В 1914 году Есенин уехал из Москвы в Ялту, но непрерывно требовал у жены денег. Через полгода он покинул Анну с грудным ребенком на руках, вознамерившись попытать счастья в Петрограде. Перед литературной элитой столицы начинающий поэт предстал в образе простодушного деревенского паренька, но ни наивности, ни простодушия в нем, как утверждает Мариенгоф, не было. Он жаждал литературного успеха и, добывая славу и признание, вел тонкую игру. «Не вредно прикинуться дурачком, - говаривал тогда поэт. – Шибко у нас дурачка любят. Каждому надо доставить удовольствие – пусть считают: это я его в русскую литературу ввел. Им приятно, а мне наплевать…»

…Анна Романовна Изряднова дожила до 1946 года, а ее и Есенина сын Георгий Сергеевич, родившийся в самом конце 1914-го, трагически погиб в 1938-м. Справедливости ради следует сказать, что отношения с первой семьей Есенин поддерживал до конца своих дней. Зашел попрощаться он и перед последней поездкой в Ленинград: «Смываюсь, уезжаю. Чувствую себя плохо, наверное, умру».

«Не жаль мне лет, растраченных напрасно…»

Болезненную тягу к спиртному рязанский поэт-самородок унаследовал от предков, во многих поколениях страдавших алкоголизмом. Зинаида Райх, как и следующие есенинские жены Айседора Дункан и Софья Толстая, безуспешно пыталась удержать мужа от загулов, шумных скандалов и дебошей.

Тихая семейная жизнь претила входившему в моду поэту. Во хмелю он «развязывал руки». «…Я сам боюсь, не хочу, - позднее признавался Есенин одной из верных своих поклонниц Галине Бениславской, - но знаю, что буду бить… Я двух женщин бил, Зинаиду и Изадору, и не мог иначе… Для меня любовь – это страшное мучение, это так мучительно. Я тогда ничего не помню…»

Развалу есенинской семьи всячески способствовало и окружение поэта. Друзья поэта (и имажинисты, и т. н. «мужиковствующие») откровенно натравливали его на ненавистную им Зинаиду Райх. Еще больше, чем ее нерусская фамилия (еврейская, как злобно утверждали многие из этих псевдопатриотов – радетелей «русской национальной идеи»), их бесило стремление Зинаиды Николаевны вывести мужа из-под их тлетворного влияния. Если бы она победила в неравной борьбе, то не только сохранила бы семью, но и сберегла бы для русской литературы гениального поэта.