Губернатор Корней Калачов мчался на мерседесе с любовницей Фросей Ставраки на одну из своих пяти загородных вилл, которая так и называлась: вилла Любви. Даже жена об этом знала, но помалкивала. У неё тоже такая была. Да и любовники. Бывает. Время та-кое…
За ним ехала машина сопровождения — милицейская «десятка» с проблесковым маячком и сиреной. Ну ехал и ехал. Ничто человеческое и губернатору не чуждо. Ехал он со скоро-стью 180 км. в час. А впереди — велосипедист, телипающийся по обочине. И так тот ис-пугался со свистом пролетевшего мимо губернаторского «мерса», да еще рева сирены со-провождения, что засуетился и слетел с обочины в кювет. Упал и сильно ударился.
Губернатор был сколь любвеобилен, столь и добр. Через 200 метров он приказал водите-лю остановиться и сдать назад. То же сделала и сопровождавшая его милицейская «десят-ка». Вот они поравнялись с велосипедистом.
А тот уже вылез на дорогу и стоит, потирая ушибленный зад. Велосипед, вроде не постра-дал. В общем, нет предмета для разбирательства. Но Калачов вышел, извинился, дал пару сотен долларов, раскланялся. Все- таки, потенциальный избиратель — дело было накану-не выборов. И собрался продолжать путь. Но у нас же демократия! Ушибленный узнал губернатора (телевизор он не смотрел, а газеты иногда покупал для заворачивания рыбы, на них и увидел морду главы края).
В общем, грамотный потерпевший попался. Решил воспользоваться правами человека.
«Э, постой началник. А протокол?» — и кивает на сопровождающих гаишников. «Ты мене сбил, ПеДД нарушил, да? Отвечай по закону. Што мине твои две сотни, да? Ты мой транспортный средство повредил — гляди началник — восьмерка на переднем калесе. Эта, оплати ремонт по протоколу, я права знаю, у мине асага есть, да?»
Все это он выпалил в один момент, даже сам не понял. Губернатор огорчился. «Плохие люди в моем крае, подумал он, а вслух сказал:
«Ты сам понял, что набуровил, чёрный?»
Тут и лейтенант Пронин из сопровождающих подошел:
«Так, лицо кавказской национальности. Покажите регистрацию»
И ушибленный (фамилия его была Иса ибн Муса) подает паспорт, а сам внимательно раз-глядывает Фросю Ставраки — она как раз из машины губернатора вылезла проветриться.
«Э, началник, эта не твой жена. Эта другой женщин. Не карашо, а ещё галава края» «А это не твое дело, чёрный», процедил уже не огорченный а раздражённый губернатор Калачов.
А Ставраки нырк в «мерс» и затаилась там.
"Эта, што ты все чёрный да чёрный. Расист, да? Я газет пойду, ящик пойду, тибя не выбе-рут, да?»
А тут и от ТВ машина подъехала и от местной газеты — они от информатора узнали о воскресном выезде губернатора. За двести баксов каждое СМИ. Такса такая. Жёлтые, что с них возьмешь. И сразу к черному Исе ибн Мусе:
«Вас сбил губернатор? Как это случилось? На вас оказывают давление?»
Тут лейтенант кивнул своим подчиненным — с ним было два сержанта — и те оттёрли жёлтые СМИ от Мусы ибн Исы (какая разница?). Оттеснили на время. И лейтенант им вплотную занялся:
«Так, гражданин Иса ибн Муса. Паспорт — липовый. Год выдачи не просматривается. Сейчас я вызову опергруппу и вы проедете с ними для выяснения личности. Сдается мне, вы теракт готовили»
А что? Имеет право. Обстановка на юге сложная. Мало ли кто перед тобой — Иса или Муса. Оба, кстати, в розыске. Тут у велосипедиста и боль прошла.
«Э, началник, какой год? Паспорт чистый. Зачем опера, договоримся и я дальше ехал, да?»
И ловко так в паспорт губернаторские двести баксов всунул. Лейтенант Пронин ещё не-много полистал паспорт, деньги незаметно перекочевали в его карман.
«Продолжайте движение, товарищ Иса. И поосторожнее, техника все таки, хоть и велоси-пед. И паспорт выправите.
Жёлтые СМИ бросились к Мусе, но он так закрутил педалями, что они быстро отстали. Тогда они к лейтенанту и давай претензии высказывать(он-то и был тем самым информа-тором)
«Лейтенант, мы тебе четыреста баксов заплатили. А где жареные факты?»
«А я вам их обещал? Я вам сообщил где и когда будет проезжать губернатор На свою виллу? Сообщил! Все по честному. А жареное вы уж сами приготовьте, не новички чай» и расплылся в обезоруживающей улыбке.
«Но скажи хоть, кто эта особа с … ?»
Силуэт Ставраки проглядывал сквозь тонировку.
«Жена!», отрезал Пронин, влез в «десятку и дал команду трогаться.
Так лейтенант из воздуха сделал (заработал) шестьсот долларов. А что тут скажешь? Де-мократия! «Куплю любовнице сапоги», подумал он, как Леня Голубков в известной рек-ламе, сопровождая губернатора на виллу Любви. Лейтенант, кстати, тоже ехал с любов-ницей. Только она не высовывалась. Еще бы, пообщайся с органами с её. А террорист Му-са (это был он) ехал и думал:
«Уфф, еле отделался. Шайтан этот Иса, плохой документ дал, надо обратно пятьсот бак-сов забрать. Чуть дело не сорвалось»
Какое дело? Это уже совсем другая история.