Жизнь в ветреную погоду превращает деревья в парусники. Они хотят вырваться и убежать из города. Люди завидуют деревьям, имеющим крепкие корни, и пытаются удержать рвущиеся из рук зонты. Людей в распахнутых плащах подхватывают порывы ветра и несут над мокрой от дождя дорогой. Ветреная погода возвращает людям счастье полета. Они не хотят это осознать. Правда они любят южный ветер, этот ветер оранжевого цвета так нежно ласкает тела. Они боятся северного ветра, его свинцовый цвет холодит глаза. Они морщатся, когда желтый ветер с востока бросает в лицо колкие песчинки с вершин барханов.  Они проклинают западный сиреневый  ветер. Этот ветер пытается остановить течение реки, и река выходит из берегов.
И тогда улицы заполняются водой и вместо машин появляются лодки. Потомки бедного Евгения забираются на постаменты и судорожно обнимают памятники. Кант протягивает страждущим свою трость. Альбрехт  обнажил свою шпагу. За ее эфес уцепился, вылетевший из Собора смотритель. В Соборе  старуха - переплетчица, накликавшая на город большой сиреневый ветер, творит покаянную молитву. В пустом зале она ползет на коленях к мраморному распятию. Ветер ворвался в белые трубы органа и ревет с бетховенской силой. Оглохший от собственных криков  он вырывается наружу. И воет над городом, словно сотни филинов, задохнувшихся от собственного одиночества. Плакаты и флаги вырывает он из хилых рук ветеранов. Красные транспаранты летят в чернильном небе, закрывая луну – верную спутницу ветра.
И лишь двое влюбленных, отыскавшие счастье на крыше, улыбаются ветру. Он несет их над красной черепицей, превращая в шагаловских местечковых счастливцев, несет над полями рапса в сторону Витебска. Туда, где земляки гения  закручивают вентили, перекрывая газ  для анклава.
Ветреная зима  пробуждает мысли о южных оранжевых ветрах и путешествиях в теплые страны. Возможно, люди, летящие над городом, несутся туда. Ведь в руках у них разноцветные зонты, такие могут защитить не только от дождя, но и  от солнца на африканских пляжах.
Краеведы мечтают найти прибежище в подземных ходах, держась за веревку,  они гуськом пробираются к котловану, вырытому на месте Королевского замка. Сорванный с якорей музейный «Витязь» перегородил улицу. Выброшенный на берег скелет кита  повис на светофоре. Ветер раскачивает побелевшие кости. Холод наполняет дома, лишенные газа. Ветеран-блокадник изготавливает буржуйки. Удары молотка по жести отсчитывают наши часы.