Разговор нашего корреспондента с писательницей Мариной Устиновной Перцовой:

Корр.: - Здравствуйте, Марина Устиновна! Разрешите сразу вопрос - Вы написали около 5250 книг. Как Вам это удалось?

П.: - Я написала больше, пока не всё опубликовано. К примеру, до сих пор ждут своей очереди мои сочинения за 3 и 4 классы. Никак у меня до них не доходят руки, ведь только в прошлом году я сочинила 365 повестей и романов, которые помогают людям выжить. В этом году у меня такой же график.

Валь, привет, королева! Это Ира с Москвы! Как у вас там? Да у нас-то чего… Слушай, я чего звоню, уже извелась прям вся. Вчера с мамкой говорила, представляешь, она говорит – Батуева рожает. Я не могу, говорю, какая Батуева, та, что у рынка живёт, что ли, а нас разъединили, связь эта дурацкая. Ты-то знаешь, какая Батуева? Как нет? А чего ты там делаешь-то, если не знаешь ничего? А Маринка не Батуева? Нет? А кто? А-а… Да всё нормально у нас, я ночь не спала из-за Батуевой этой… Муж? Да что муж… Идиот. Значит, у рынка всё-таки Батуева, если не Маринка. Не рожала она? Чёрненькая такая, в дублёнке? Нет, ну я в полном шоке вся… А кто тогда? А та Батуева, что возле магазина красного? Тоже не Батуева?

Вот она, справочка окаянная,

Ниже подпись моя  покаянная.

– Да, я жил.

– Да, грешил, 

Врать не буду.

Не к добру эта справочка, 

к худу.

Я обожжен до боли солнцем.

Песок, что утром был сырой,

Просох. Лежу желтей японца

Под  крышей  мира голубой.

 

А мотылек, меня касаясь,

Цветными  крыльями звеня,

Какой-то благовест рождает

О сути нынешнего дня.

Ю.Юркевичу

Открыв альбом, как и любой другой,

Я временные ввел координаты.

По вертикали я, смешной и молодой,

Другая ось – события и даты.

Есть у нас в поселке дед. Имя его люди не помнят, и сколько лет старику, никто и не скажет. Кличут Епифанычем и детвора, и взрослые. Летом он в одиночестве на лесной пасеке в землянке живет. Зимой в поселке в своем доме детей привечает, тех, что по малолетству не могут работать ни в горе, ни на прииске. Соберется такой мелкоты полна горница, и пойдут у них разговоры, сказки да присказки. Однажды и я забрел на такие посиделки в дом Епифаныча. Долго слушал его побасенки, а потом спросил:

- Епифаныч, а вот слышал я, на севере, за Турой, есть рудник, который «Красной шапочкой» все называют. Не знаешь почему?

- Как не знаю? – всполошился старик, - я все знаю. Вот послушайте.

Жертвам теракта в московском метро посвящается

Ночь неумолимо уступала рассвету. Звёзды гасли, вернее, таяли, отдавая свой блеск небу, которое становилось светлее и светлее там, где просыпалось солнце. Самый первый, самый шустрый лучик, вырвавшись из-за горизонта, начал прыгать по голым веткам деревьев, по ещё пустынным улицам, по окнам домов, стараясь проникнуть сквозь задернутые шторы. Он был так весел и юн, город  невольно улыбнулся ему навстречу.

- Я несу тебе, город, новую любовь, - шепнул лучик, - она родится сегодня!

Есть в нашей семье фирменное блюдо, не праздничное,  нет. Но готовится только по воскресеньям, когда вся семья в сборе. Полевая каша. Почему именно полевая? Да потому, что в пору моего детства ее готовили летом на покосе да в поле на картошке. Помню, однажды и меня взяли на покос,  чтобы помогала деду Пасечнику на стану. Пасечник – это не фамилия, а так, прозвище. Настоящего имени старика никто и не помнил уже,  про себя дедок говорил, что с малолетства на пасеке работал, сперва на хозяина, потом и свою заимел. Жил он тогда на белгородчине, попал  на Урал в послевоенные годы, когда вместе с братовьями поехал Магнитку строить. 

Был месяц мрак на Аркаиме.

Как лук, изогнута луна,

И сверху белым кругом иней

Наметил контуры окна.

 

Шумели кроны сосен глухо,

Все шло привычной чередой

Шептала наговор старуха,

Плеснув на  уголья водой. 

Все небо в яблоках и сливах,

С лугов медовый льется дух,

А я – мальчишка шаловливый,

И до чего горячий, ух!

 

Я от задора словно пьяный, –

Куда бы деть с небес луну! –

Девчонке со щеки румяной

Возьму, и родинку смахну!

Жалкий, больной,  я валяюсь в постели,

Вовсе не ем, совершенно не сплю,

Даже на книжки глаза б не глядели,

Даже жену я уже не люблю!

 

Только  не спит где-то в сердце синица,

Прыгает с ветки на ветку в крови:

– Милый, хороший, давай шевелиться,

Милый, любимый, еще поживи!

Если кто-нибудь когда-нибудь вам скажет, что чудес на свете не бывает - не верьте! Просто не верьте. Лучше сразу бегите подальше от того, кто вам про это сказал. И знайте: есть на свете чудеса! А как же им не быть!

Вот я, например, сколько живу, столько и убеждаюсь в том, что эти самые чудеса существуют. Пусть, не ежедневно, что еще более приятно, но - они случаются. И еще я сделал вывод: если с вами давно что-то сказочное или чудесное не происходило, то это можно придумать и совершить самому. Ведь каждый из нас в душе немного волшебник. Не верите? А зря. Я постараюсь вас в этом убедить.

-А я говорю вам, есть Белая Баба! – маленький чернявый Санек даже вскочил со своего места, - мне шуряк рассказывал. Он скреперистом на Магнетитовой работает.

-Такое же брехло, как и ты, поди, - усмехаясь в усы, проговорил мастер участка Данилыч, человек всеми уважаемый.

-Че брехло-то сразу! – обиделся Санек, - по чем купил, по том и продаю!

-Да ты рассказывай, - потянул его на лавку Цыган, прозванный так за цыганскую внешность, - скоро уж автобус придет. 

Приближалась масленица. Решил Михасик матушку свою порадовать и удивить - самому напечь ей вкуснющих блинов. Знал Михасик, что непростое это дело – блинопечение, надобно ему научиться.

В одно утро оделся он да вышел из дому. А путь лежал на другой конец села в пекарню. Может согласится Пекарь Михасика в ученики взять. Выслушал Пекарь мальчика и говорит:

- От чего ж не научить тебя доброму делу. Молоко да яйца есть у меня в достатке. Да, только мука у меня закончилась. Ступай к мельнику Мукуличу. Добудь муки.

Компания мальчишек удобно расположилась в большой беседке в углу двора. Все отдыхали после напряженного матча с соседним двором. Разговаривать не хотелось. Какие могут быть разговоры, если игра закончилась в пользу противника! Пусть с перевесом в один только мяч, но все же это было неприятно.

- У них в команде почти все старшаки, - подал голос Венька, - вот были бы они как мы… Мы бы им дали жару!

Друзья понимали, что капитан пытается поднять настроение, но оно никак не хотело подниматься.

Внимание Веньки привлекла одинокая фигура, появившаяся из-за угла дома.

С дядей Федей у забора

Мы копаем червяков,

Мы пойдем рыбачить скоро,

Будем дергать окуньков.

 

Не тяжелая работа,

И не требует ума,

Просто посидеть охота

Возле речки у холма.

Говорят, в глуши лесной

К девкам раннею весной

Из березок, из-под сосен

Вылетает козодой. 

 

Он промчится над водой,

Будет парень молодой,

Парень с синими глазами,

С шевелюрой золотой!

Монета встала на ребро.

Зачем солдату серебро

И профиль на монете?

Нет, к черту пушку и ядро,

Меняю скатку на ведро,

И чтобы были дети.

Страница 1 из 27